На главную

Доллар = 76,42

Евро = 82,71

19 июня 2024

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Особое видео: RESET.ПЕРЕЗАГРУЗКА

Евгений ГОНТМАХЕР,

заместитель директора Института современного развития

МЕДВЕДЕВУ ПОРА ПЕРЕХОДИТЬ ОТ СЛОВ К ДЕЛУ

Ведут передачу Лев Гулько, обозреватель радиостанции «Эхо Москвы», и Павел Шипилин, шеф-редактор «Особой буквы».
МЕДВЕДЕВУ ПОРА ПЕРЕХОДИТЬ ОТ СЛОВ К ДЕЛУ 19 мая 2010
За два года пребывания Дмитрия Медведева на посту президента образовался уже очевидный разрыв между декларациями и конкретными делами. Кое-какие разумные шаги, конечно, предприняты. Но не сделано главного: не развернута в противоположную сторону тенденция развития России, не придан некий фактор необратимости ситуации. Пока страна, к сожалению, катится по той же наклонной плоскости, на которую мы ступили в 2003 году.

Два года президентства Медведева, ч. 2

ЕГ: Инвестиционный климат. Это же очень важно. Потому что дело Ходорковского… Пока здесь не будет поставлена какая-то точка… Конечно, лучше точка. Когда второй процесс будет закончен без всяких последствий. А Михаил Борисович все-таки будет освобожден.

Пока не поставлена какая-то точка, я практически уверен, что никакого радикального изменения отношения Запада к России тоже не произойдет. Потому что это очень важный вектор. Очень важный фактор. Пока не будут созданы действительно какие-то конкретные меры, показаны какие-то конкретные гарантии. Например, собственность инвесторов западных здесь, в России. А у нас же такие случаи были, когда в последние годы люди вкладывались, допустим… Ситуация на Сахалине, когда, извините, выпирали по полной программе.

ПШ: И выперли.

ЕГ: Да. И таких случаев, кстати, на региональном уровне много. Просто мы знаем (публично говорят) о больших случаях. Но на Западе это все отслеживается. Очень подробно отслеживается.

Ситуация, конечно, связана со СМИ. Можно, конечно, ругаться сколько угодно. Последний рейтинг, что Владимир Владимирович Путин попал в число гонителей свободных СМИ.

ПШ: Самый большой враг.

ЕГ: Да. Путин, Чавес. Не очень приятно на самом деле, что он туда попал. Я понимаю, было заявление господина Пескова, что это все бред. Пожалуйста. Но ведь факт остается фактом. Что некая организация — достаточно уважаемая — такой рейтинг составила, и один из руководителей туда попал. К счастью, Медведев туда не попал. Но тем не менее мне представляется, что эта вся информационная политика, которая здесь есть, когда, например, антизападная риторика по мановению волшебной палочки возбухает…

ЛГ: В данный момент, когда мы разговариваем.

ЕГ: В данный момент. Но еще буквально пару-тройку месяцев назад вдруг она была со страшной силой развернута. Кто-то такой дирижерчик был. Теперь оно пошло на нет. Но где гарантии того, что те же самые люди — они же все остались на телевидении, в средствах массовой информации, в той же самой Государственной думе — завтра снова не начнут по чьей-то указке…

Поэтому эта ситуация непредсказуемости на чем основана? На отсутствии институтов. То есть Россия живет по принципу какого-то ручного управления. Об этом и Владимир Владимирович говорил неоднократно. Пока это ручное управление во всех отраслях — начиная конкретно с экономики и кончая информационной политикой.

ПШ: Судопроизводством.

ЕГ: Внешней политикой. Да, судопроизводством. Пока это все будет продолжаться, я думаю, Запад — и Европа в том числе — будет относиться к нам с большой осторожностью.

ПШ: А что должен сделать Медведев? Я понимаю, вы как раз проговорили, что он должен изменить.

ЕГ: Мне кажется, что ему осталось два года. Конечно, за эти два года сложно сделать что-то. Это понятно. Потому что скоро начнется предвыборная кампания. Даже та, которая в России. Все равно она какая-то есть. И какие-то предположения сложно приводить. И если предположить, что он пойдет на второй срок, допустим, шестилетний, — это будет уже второй шестилетний срок, — то для него это, конечно, будет шансом. И для всей страны — шансом все-таки каким-то образом ситуацию сдвинуть с места.

Мне представляется, что ему как юристу, которым он является, стоило все-таки довольно существенно поменять наше законодательство по очень многим пунктам. Вот то, что он начал чуть-чуть, если мы говорим о политической сфере. Я не говорю об экономической. Там тоже надо двигаться, там много что наработано. И надо применить по налоговым режимам и по таможенным режимам.

Но, если мы говорим о политической сфере, — это, конечно, новое законодательство о политических партиях, новое законодательство об общественных организациях. Реально новое. В какой-то степени возврат к тому, что было. Пусть меня обвиняют, что я за лихие 90-е выступаю. Но в данном случае там это было неплохо. Это, конечно, новый федерализм. Это, конечно, новые межбюджетные отношения. Подъем роли муниципалитетов.

Это очень тяжелая задача. И эта задача даже не на шесть лет, которые ему предстоят, а может, на двенадцать. А может, даже больше. Но вот я бы начал с этого. И составил бы кампанию предвыборную, если бы я был на его месте… Свобода лучше, чем несвобода в очередной раз. Лучше свобода слова, чем гласность. Это правильно. А такие конкретные вещи, за которые он мог бы реально через какое-то время отчитаться: «Что я внесу поправки в такие-то законодательные акты, и они позволят вот это, вот это, вот это, вот это… Нам в России жить».

ПШ: Ходорковского он должен выпустить? Это условие?

ЕГ: Я бы сказал так: формально говоря, если мы станем на правовую позицию, он как президент Российской Федерации не может оказать никакого воздействия на Хамовнический суд.

ЛГ: То есть законопроект, что завтра выпускаем…

ЕГ: Да. Это невозможно. Конечно, решает суд. Мы становимся на формальную позицию. Мы понимаем, что есть и неформальная позиция. Но формально только судья Данилкин может принять то или иное решение по делу Ходорковского и Лебедева. Но если Медведев начнет реальную реализацию большой законно дательной программы по формированию институтов в стране, то изменится сама атмосфера. И я бы сказал так, что все люди, которые имеют отношение к принятию решения по делу Ходорковского, они, наверное, тоже на это как-то реагируют. Потому что они же не живут в безвоздушном пространстве. Они живут в России.

Комментарии
  • владимир зуев Самара ник nsk
  • 19 мая 2010, 22:17
Обращаюсь из особой буквы к обозревателю эхо москвы,т.к. из числа зарегистрированных пользователей меня вычеркивают-видимо мои комментарии не соответствуют редакционной позиции эха.У нас теперь корпоративная цензура на эхе?Прошу разъяснить и исправить ситуацию
  • Владимир Самара
  • 21 мая 2010, 20:13
Владимиру из Питера.Совершенно в точку,именно я и высмеивал лживую либерастную информацию и задавал неудобные вопросы либерастным политикам и комментировал их ложь.Видимо редакцию это сильно раздражало и меня через 3 месяца вышибли без объяснения причин.Вот это настоящая демократическая свобода слова:или та нас хвалишь и поддерживаешь- ли вон со двора.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости