На главную

Доллар = 63,30

Евро = 67,20

11 декабря 2016

Политика

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Новое уголовное дело в отношении Михаила Ходорковского становится политической реальностью

Аглая БОЛЬШАКОВА,

обозреватель «Особой буквы»

В три погибели

Расправа над Ходорковским, вероятно, будет продолжена: Кремль не хочет видеть этого человека на свободе. Обвинение по «третьему делу ЮКОСа», если оно случится, будет не менее бредовым, чем по «второму», но «судебным перспективам» это не помешает.
В три погибели 6 декабря 2013
То, о чем так долго говорила фракция мрачных реалистов российского общества, вполне может свершиться: третье дело Ходорковского почти что стало политической реальностью. Если убрать эмоциональный аспект оценки этой истории, то удивляться действительно не следует. Прекрасно известно, что Владимир Путин давным-давно (ориентировочно в 2002 году) избрал Ходорковского своим врагом номер один. Известно, что врагами он считает тех, кого боится, а Ходорковского он боится. Известно, что президент мыслит в рамках стратегии «если враг не сдается, его уничтожают». Также известно, что Ходорковский сдаваться, то есть менять свою гражданскую позицию, просить президентской милости, вычеркивать себя из общественной жизни России, не собирается. И само собой известно, что физически уничтожить Ходорковского Путин себе позволить не может по не зависящим от Путина обстоятельствам, поэтому остается только один вариант — пожизненное заключение.

Итак, утром в пятницу мы повздыхали об умершем Манделе, днем посмеялись над Дмитрием Медведевым с его «куском страны» и «светом Юпитера», а аккурат после завершения премьерской встречи с журналистами СМИ начали порциями выдавать информацию о перспективах Ходорковского. Злые языки тут же заговорили о том, что утечки были даны специально после окончания интервью Медведева, чтобы Марианна Максимовская не ставила второе государственное лицо в неудобное положение различными удивленными вопросами.

Сперва заместитель генерального прокурора Александр Звягинцев в «эксклюзивном интервью» агентству «Интерфакс» сообщил, что экс-главе ЮКОСа не приходится рассчитывать на амнистию, так как он отбывает наказание по особо тяжким статьям. А далее последовала фраза о том, что в отношении Ходорковского и ряда других лиц «расследуется несколько уголовных дел, которые имеют хорошую судебную перспективу».

Официальная пресс-служба СКР комментировать эту фразу не стала «в интересах следствия», что само по себе красноречивее любых открытых подтверждений.

И под вечер источник все того же Интерфакса сообщил некоторые подробности: во-первых, в рамках нового «дела Ходорковского» расследуются факты отмывания более 10 млрд долларов, а во-вторых, речь идет о расследовании «фактов возможного использования легализованных средств для изменения российского законодательства».

Что мы можем предполагать относительно природы «третьего дела ЮКОСа», располагая крохами информации, вброшенными силовиками?

Ясно, что «дело ЮКОСа» как таковое никогда и не умирало — у юристов есть понятие «материнское дело», из которого уже произрастают прикладные уголовные дела по конкретным эпизодам, по которым людей, собственно, и судят. «Материнское дело ЮКОСа» было возбуждено еще в 2003 году, и оно не закрыто. Еще в 2010-м, в ходе рассмотрения в суде «второго дела ЮКОСа», защита Ходорковского допускала, что их клиенту могут предъявить новые обвинения.

После того как судебный процесс по «второму делу» был полностью завершен, «дело ЮКОСа» всплывало в СМИ в основном в связи с преследованием экспертов — СКР допрашивал экономистов и правоведов, которые готовили экспертизу по этому «второму делу». Следственный комитет заявлял, что ученые подготовили необъективную экспертизу по второму приговору Ходорковскому и Лебедеву.

Материал по теме: «третье дело ЮКОСа» благодаря усилиям «альтернативной Администрации президента», расположившейся в Техническом переулке, приобретает кафкианские черты. Что, впрочем, в стране Виктора Данилкина и Ольги Егоровой не лишает его «судебных перспектив» — подробности в материале «Тайный орден Ходорковского» в составе Медведева, Грызлова и всех единороссов». (ДАЛЕЕ)

Чуть позднее появилась и новая версия, объясняющая интерес следователей к экспертам. Одной из первых ее озвучила глава движения «Бизнес-солидарность» Яна Яковлева, которая экспертом по «второму делу» не была, но участвовала в парламентском обсуждении смягчения «экономического» уголовного законодательства. Яковлеву тоже вызывали на допрос, и она позднее предположила: «Возможно, следствие интересует моя общественная позиция по необходимости совершенствования Уголовного кодекса в области экономических преступлений».

Яковлева в беседе с Газетой.Ru сказала, что «если внимательно проанализировать публикации в СМИ, почитать, что говорили на этот счет представители СК, что рассказывали эксперты о том, какие вопросы им задавали следователи на допросах, то можно предположить, что на самом деле общественная экспертиза «второго дела ЮКОСа» во всей этой истории особого значения не имеет».

То есть, по ее мнению, в первую очередь СКР уделяет внимание либерализации уголовного законодательства, которая началась еще в 2010 году.

К этому можно было бы отнестись лишь как к мрачной теории, но член президентского Совета по правам человека Валентин Гефтер, который как раз был экспертом по «второму делу» и которого также усиленно допрашивали по «делу экспертов», подтвердил той же Газете.Ru, что его спрашивали, в чьих интересах в России была проведена «модернизация с либеральным уклоном в отношении уголовного законодательства».

«Следователей интересовала связь этой модернизации с экспертным сообществом, в том числе и с Советом по правам человека… Логика следствия: либерализация уголовного законодательства поспособствовала ослаблению наказания или уходу от него людей, связанных с «делом ЮКОСа», — говорил Гефтер.

Еще один фигурант «дела экспертов» бывшая судья Конституционного суда Тамара Морщакова тоже считает, что СКР усматривает преступные действия правозащитников в работе над различными вариантами либерализации «экономических статей» Уголовного кодекса.

И вспоминая эти события и оценки, яснее представляешь себе, откуда берется фраза про «факты возможного использования легализованных средств для изменения российского законодательства».

Есть, правда, еще версия, что Михаилу Ходорковскому могут вменить в качестве «изменения законодательства» финансирование им парламентских партий в начале нулевых, но версия «дела экспертов» выглядит более реалистичной в плане следственной «кройки и шитья».

Следует еще учитывать «отмывание», которое, судя по источнику Интерфакса, будут «шить» Ходорковскому, — не особо тяжкая статья, срок давности у нее 10 лет, а Ходорковский сидит больше 10 лет, и в СИЗО либо колонии он никаких денег отмывать никак не мог. С другой стороны, озвученная сумма в 10 млрд долларов — довольно крупная, «отмывать» ее можно долго, и СКР может взять любую операцию ЮКОСа, которую можно отследить, и преподнести ее как «отмывание преступно нажитых средств». То есть заявить, что процесс «отмывания» был запущен в 2002 (например) году и завершен был в 2005 (например) году — и дело в шляпе.

Бредовость обвинений может быть любой степени, ничего более кафкианского, чем хищение всей нефти, добытой ЮКОСом (обвинение по «второму делу»), уже все равно не придумать.

А уж по какой статье УК РФ можно запустить эпизод с «изменением российского законодательства» — это на волю фантазии людей с Технического переулка. Можно вообще отморозиться и обвинить Михаила Ходорковского не просто в изменении законодательства, а в «государственной измене». Что мешает?

Повторяю, уже было дело с нефтью ЮКОСа, которую «похитили» всю, на 100 процентов. У любого дела в отношении Ходорковского в путинской России будут неизменно прекрасные перспективы.

 

Материал подготовили: Аглая Большакова, Роман Попков, Александр Газов

Комментарии
Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости