На главную

Доллар = 63,95

Евро = 71,57

29 сентября 2016

Политика

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Александр Шубин: либеральные вожди сейчас — генералы без армии

Александр ШУБИН,

историк, профессор РГГУ

Слухи о смерти «Левого фронта» сильно преувеличены

«В стране наступает реакция, имеются даже очевидные фашистские тенденции. Фашистские не в ругательном, а во вполне научном смысле слова — идет строительство не просто авторитаризма, а национал-авторитаризма, замешанного на ксенофобии».
Слухи о смерти «Левого фронта» сильно преувеличены 23 сентября 2013
Один из членов совета «Левого фронта» профессор Александр Шубин рассказал «Особой букве» о том, как левые смотрят на перспективы протестного движения, какую позицию они занимали на выборах мэра Москвы и что происходит с самой многочисленной и прославленной российской организацией социалистического толка, «Левым фронтом», после ареста его харизматичного и самоотверженного лидера Сергея Удальцова.

— Какие выводы, какие уроки люди левых взглядов могут извлечь из прошедших недавно выборов мэра Москвы?

Еще в начале избирательной кампании стало ясно, что левые должны заниматься своим делом, а не вестись на разные мульки и ловушки, которые режим раскидывает, чтобы изобразить, что в стране есть хотя бы в отдельных элементах какая-то демократия.

На самом деле никакой демократии в стране нет. По поводу выборов было понятно, что это игра в одни ворота. Чтобы лишний раз это доказать, Сергей Удальцов выдвинул свою кандидатуру, которая была тут же самым грубым и незаконным образом затоптана. А попытка изобразить проведение демократических выборов была самим же режимом и провалена — достаточно вспомнить, что творилось в СМИ, на неконтролируемых наблюдателями избирательных участках.

Наиболее наивные люди отправились в поход на эти выборы вслед за Алексеем Навальным, а часть левых поддержала Ивана Мельникова, считая, что поражение коммунистов — это поражение всего левого движения. Да, такая точка зрения имеет право на существование, хотя, на мой взгляд, она не очень оправданна, потому что КПРФ многими уже и не считается левой организацией — она занимает консервативные, а иногда и националистические позиции. Сам Мельников — человек, приятный во всех отношениях, я большого греха в его поддержке не вижу, хотя считаю, что можно было не тратить на его поддержку время и силы, а заниматься тем, чем мы и должны заниматься: социальной работой, правозащитной работой, пропагандой наших убеждений, нашего демократического социализма как реальной альтернативы той реакции, которая берет верх в нашей стране.

— На этих выборах была не особенно высокая явка избирателей. Некоторые, в том числе ваш партнер по левой коалиции Эдуард Лимонов, всерьез считают, что низкая явка — это победа некоей стратегии бойкота…

Прежде всего мне хотелось бы вас поправить — Лимонов не является нашим партнером по какой-то политической коалиции. Существует Форум левых сил— площадка, на которой сравниваются и обсуждаются различные идеи. На мой взгляд, Лимонов как-то потерял интерес к этому направлению. На последний форум он пришел, по-моему, после перерыва — скорее зашел, чем пришел. Да, представители его партии там принимают участие, но именно коалиции сейчас нет.

Я думаю, Лимонов преувеличивает роль гражданских движений в низкой явке на выборах. В народе выковалось глубокое недоверие к политике, которая существует сейчас. И сила, которая сумеет это недоверие преодолеть, — эта сила, возможно, перевернет Россию. Но пока этого не произошло. Главный результат выборов — это победа нерушимого блока партии «Против всех» и партии «Пошли вы все на фиг». Лимонов говорит о «Партии против всех», это предполагает какую-то активную позицию. Но существует и партия «Пошли вы все на фиг». Многие люди не знают и не видят идеала, не видят конструктивной программы, они дезориентированы, и достучаться до этих людей можно, только если предложить им лучшее будущее. Мы, «Левый фронт», можем предложить лучшее будущее, но у нас нет достаточного доступа к средствам массовой информации, чтобы люди просто узнали о нашей программе. Что касается тех сил, партий и движений, которые имеют такой доступ, то у них нет этой программы, которая бы понравилась людям.

Надеюсь, что когда-нибудь люди, которые представляют на выборах «Партию против всех», потому что они за что-то другое, потому что их кандидатов не пустили на выборы, или они понимают, что современная выборная механика абсолютно недемократична, все же достучатся до большинства непришедших, до партии «Пошли вы все на фиг».

Но пока, конечно, большинство бойкотирующих выборы — это те, кто не видит в политике никакого смысла.

— Какова ситуация в самом крупном левом несистемном движении, в «Левом фронте»? Есть мнение, что после ареста Сергея Удальцова «Левый фронт» переживает организационный кризис, якобы имеется спад активности организации.

Это мнение либо некомпетентных людей, либо людей, которые преследуют свои цели, распространяя такую точку зрения.

Некоторый спад активности «Левого фронта» начался еще при Удальцове, и он был обусловлен объективными факторами. Сперва был подъем общественного движения в 2011—2012 годах, но уже с осени 2012 года спад этого движения стал очевиден, и он, разумеется, сказался на «Левом фронте». Удальцов, как известно, был арестован в феврале 2013 года. Но еще до этого, в январе, на съезде, мы обсуждали то, что есть определенные трудности, какие-то люди от нас уходят, и так далее.

Но говорить о кризисе активности «Левого фронта» все же нельзя. Достаточно зайти на сайт «Левого фронта», где даже не все события вывешиваются, чтобы убедиться, что активность имеется, постоянно проводятся акции — в Москве раз в неделю точно, а иногда и чаще, в зависимости от повода. Левофронтовцы постоянно ходят на судебные заседания по «болотному делу». Большая работа идет в рамках Моссовета, планируется большая экологическая акция Моссовета, в которой примут участие и наши товарищи.

Если бы о нас писали, как о Путине или как о «Единой России», выдавали бы сразу все, что происходит, в эфир, то мы бы просто уже надоели гражданам России, потому что у «Левого фронта» всегда есть новости. А люди, которые не заходят к нам на сайт, а судят по либеральной прессе, конечно, ничего о нас не знают, потому что либеральная пресса замалчивает нашу деятельность, что вполне естественно.

Так что активность после некоторого естественного снижения, датируемого осенью прошлого года, остается прежней. Какого-то кризиса в управлении нет. У нас несколько координаторов было при Удальцове, несколько координаторов есть и сейчас. Мнение Удальцова по ряду важных политических вопросов нам известно, мы к нему прислушиваемся.

С другой стороны, либеральные медиа готовы были показывать Удальцова, а без Удальцова «Левый фронт» они показывать не готовы. Сейчас, видимо, выбрана линия на концентрацию всего внимания к Алексею Навальному.

— Как прошел недавний Форум левых сил? Что показалось вам наиболее интересным на форуме?

Я бы отметил три момента. Мне понравилось, что в целом были поддержаны основные положения доклада, с которым я выступал. Была принята резолюция, которая поддержала эти положения. Мысль моя заключалась в том, что наступает реакция, имеются даже очевидные фашистские тенденции. Фашистские не в ругательном, а во вполне научном смысле слова — идет строительство не просто авторитаризма, а национал-авторитаризма, замешанного на ксенофобии.

Я считаю, что единственная альтернатива этой тревожной тенденции — это левые силы, но для этого они должны быть силами. Пока, к сожалению, левые не очень сильны.

И в целом мой вывод о необходимости консолидированного действия левых в каждом городе, о необходимости разъяснения того, что выход из положения —  это не национализм, который только углубляет проблемы, а социализм, кардинальное изменение социальной системы, — этот вывод был поддержан.

Второй момент. Обозначились две точки некоторого размежевания. На самом деле их было даже три — когда мы уехали на совет «Левого фронта», был еще спор по Сирии, но лично я наблюдал две дискуссии. Одна — по поводу отношения к ЛГБТ-сообществу. Это такая проверка на нашу способность быть последовательными в отстаивании гражданских прав. Можно как угодно относиться к секс-меньшинствам, но благодаря «провокации» в кавычках со стороны Анатолия Баранова (главный редактор сайта «Форум-мск». — Ред.), который эту тему поднял, стало видно, какое агрессивное неприятие у некоторых участников форума это встретило, насколько яростно они стали отстаивать консервативные ценности. Ну для меня это было любопытно. Я не считаю это особенно принципиальным, но интересно было видеть, как часть людей активно поддержала терпимость в этом вопросе, а часть поддержала нетерпимость.

И вторая история, более принципиальная, — это отношение к КПРФ. Зал четко поделился напополам: за и против КПРФ.

Но нужно понимать, что Форум левых сил — это не партия, это именно площадка для обсуждения мнений, идей. Даже если будет создана сильная левая партия, о которой многие из нас мечтают, она будет создана не на базе форума, а на базе кадров более определенных, более четко сработавшихся между собой.

Для меня в этот день куда интереснее было другое мероприятие — совет «Левого фронта».

Во время заседания совета подтвердилось, что ряды наши сплочены, что слухи о смерти «Левого фронта» несостоятельны. Нас пытался хоронить Лимонов, потому что очевидна ревность Лимонова к «Левому фронту», его известности, приобретенной после декабря 2011 года, когда относительно участия в общегражданском протесте Лимонов занял ошибочную позицию, а мы заняли позицию правильную.

На совет «Левого фронта» пришли даже люди, которые к нам приходят редко, например Гейдар Джемаль. Приехали делегаты из регионов, высказывали разные мнения. До этого долго ходили слухи о том, что возможен раскол из-за имеющейся в организации «левой платформы», но ничего подобного не произошло. Мы объяснили «левой платформе», что ее позиция ничуть не левее позиции всего «Левого фронта», и никакого хлопанья дверьми не было.

Лично я подал в отставку из исполкома на этом совете из-за загруженности научной работой. Никакой политической подоплеки в этом не было. Я тянул эту лямку координации летом, и мои научные труды провисли, я никак не могу доделать книгу о 1917 годе. Меня, не скрою, просили остаться, но мы все же решили, что незаменимых людей нет, я вышел из исполкома, хотя остаюсь в совете «Левого фронта».

— Вы говорите о необходимости объединения левых сил и фактически не упоминаете общеоппозиционных, межидеологических политических конструкций. На ваш взгляд, время межидеологических антипутинскимх коалиций прошло? Не кажется ли вам, что проведенный недавно левыми марш «Антикапитализм», собравший всего две-три сотни человек, — это явный регресс по сравнению с многотысячными митингами объединенной оппозиции?

Прежде всего, говоря об объединении левых, я не имею в виду, что нам всем нужно немедленно объединяться в какую-то единую организацию. Но мы должны все вместе на местах вести пропаганду по поводу тех пунктов, которые нас объединяют. Это три пункта: народовластие для всех; национализм не решает проблемы, а только углубляет их; нет другого выхода, кроме социализма.

Что касается марша «Антикапитализм», то это немного другая история. Марш «Антикапитализм» по самой своей стилистике отталкивает очень многих людей, которые потенциально являются нашими сторонниками и в каких-то других мероприятиях с нами вместе участвуют. На «Антикапитализме» было народу, может, даже немножко меньше, чем в эти же дни на Форуме левых сил. На «Антикапе» принято кричать какие-то озорные или немного безумные речовки, и не всем людям это нравится. Прошлая первомайская демонстрация, которую организовывали левые, была даже более многочисленной.

Если говорить об озорных уличных акциях, то это должны быть постоянные пикеты, яркие по форме проведения, озорные, но не претендующие на большую численность. Эти пикеты должны напоминать постоянно людям о социальных, экологических, правозащитных проблемах. А «Антикап» работает лишь на мобилизацию нашей субкультуры: вот прошлись, друг на друга посмотрели, друг друга поагитировали. Это такое внутреннее наше мероприятие, но проходящее на улице.

Что касается участия в общеоппозиционных, общедемократических мероприятиях, то их численность сейчас тоже невелика. Во всяком случае, их численность недостаточна для того, чтобы изменить ситуацию в стране.

Невелика у них численность потому, что либеральные лидеры не смогли предложить повестку дня, за которой пошли бы миллионы. А пока миллионы не пошли, то получается тот же «Антикап», только это «Антикап» в складчину. Если соединить всех левых и не левых, то будет десять «Антикапов» вместе. Левые отдельно и левые вместе с правыми не меняют качественно ситуацию в стране.

Либеральные вожди сейчас тоже генералы без армии. Генералов много, а армия разве что на полковника. И выйти из этой изоляции можно только через продвижение тех социальных требований, которые предлагают левые. Пока либералы это не поняли, у них ничего не получится. А с другой стороны, пока левые не поняли, что демократическая повестка дня необходима для того, чтобы достучаться до народа, у них тоже ничего не получится. Поэтому «Левый фронт», прессуемый, подвергаемый атакам со стороны некоторых псевдосоюзников, движимых ревностью (здесь речь идет, конечно, не только о Лимонове, можно и о других поговорить людях), нашел оптимальный выход, занял оптимальную позицию. В этом его значение. И когда это поймут остальные, когда возникнет по-настоящему массовое движение, «Левый фронт», может быть, в нем и растворится, выполнив свою историческую задачу.

К сожалению, сейчас протестное движение затачивается под лидеров либерального направления. Для нас это не очень приемлемо, мы всегда от такого движения будем несколько дистанцироваться, мы будем поддерживать не все акции — какие-то акции будем поддерживать, какие-то — нет. Мы с народом. Народ не проснулся, но мы — с ним. Мы должны с ним работать, и, когда нам говорят, что мы охвостье либералов, нам есть что возразить. Мы говорим людям, которые нас упрекают либералами: «Ребята, выходите на улицу без либералов, опередите либералов по количеству людей».

 

Материал подготовили: Игорь Волков, Мария Пономарева

 

 

 

 

 

 

 

 

Комментарии
Meinhof
Российские леваки — это милые люди, живущие в своем, очень-очень своеобразном мире )).
cain
Возможно вы не в курсе, но у нас сейчас капитализм. И большие проблемы с гражданскими правами, которые при капитализме бывают только буржуазными и больше никакими. И если целью левых является социалистическая революция, то к ней нужно идти тем путем, который есть, а не заниматься начетничеством и чаянием «воскресения мертвых и жизни будущего века»... извините, пришествия диктатуры пролетариата.
Помните Винни-Пуха: «Это неправильные пчелы. И мед у них тоже неправильный».
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости