На главную

Доллар = 63,39

Евро = 70,93

2 октября 2016

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Попасть в СИЗО просто, а вот выбраться — очень и очень сложно

Оксана ТРУФАНОВА,

правозащитник, специально для «Особой буквы»

С вещами на вход

Из поля притяжения космической «черной дыры» не может вырваться даже луч света, а время почти останавливается. Удивительно, но «черные дыры» есть и на Земле. Время в них тоже течет иначе, и выбраться из них ничуть не легче. Речь о российских СИЗО.
С вещами на вход 6 декабря 2013
Пару лет назад депутаты Госдумы попытались внести желанные для зэков поправки в Уголовный кодекс Российской Федерации, которые позволили бы засчитывать сроки пребывания под стражей в СИЗО из расчета день за два. В итоге поправки, конечно, приняты не были — эксперты признали их незаконными: мол, они не связаны непосредственно с личностью преступника или с совершенным преступлением, что противоречит принципам назначения наказания. Однако инициатива эта до сих пор продолжает обсуждаться. И для зэка она стала почти мечтой, которая, вполне возможно, когда-нибудь все же сбудется.

Справедливости ради надо сказать, что здравое зерно в законопроекте все же было: СИЗО страны почти всегда переполнены, а условия содержания оставляют желать лучшего. Большинство следственных изоляторов — здания старой постройки не только прошлого, но порой и позапрошлого века.

Сегодня в СИЗО России находится примерно 160 тыс. человек. По нормам Уголовно-процессуального кодекса РФ до приговора по статьям средней тяжести подсудимый проводит примерно полгода, по тяжким статьям — год, а по особо тяжким — еще больше. Примечательно, что в статье 109 Уголовно-процессуального кодекса сказано: срок содержания под стражей свыше 12 месяцев может быть продлен лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений, а продление срока содержания под стражей свыше 18 месяцев вообще не допускается. Закон говорит, что обвиняемый в таком случае подлежит немедленному освобождению. Однако, как показывает практика, редко кто умудряется в такой ситуации выйти из СИЗО и отправиться домой.

Следствию известно несколько «относительно честных» способов оставить обвиняемого под стражей даже при фактическом истечении предельных сроков. Так, в некоторых случаях из основного дела «вырывают с мясом» один-два эпизода, оформляют их самостоятельным делом и направляют в суд. В то время как расследование по основному делу продолжает тянуться своим чередом. Получается, что обвиняемый переарестовывается судом, поэтому может сидеть и год, и два. Каких-либо ограничений сроков содержания под стражей для судов в законе не прописано.

Еще один вариант: обвиняемому объявляют об окончании предварительного следствия. На этой стадии на него никаких ограничений по срокам содержания под стражей уже не распространяется. А вот дальше начинаются «следственные хитрости», когда обвиняемый сидит в СИЗО месяц, второй, третий, а ни одного тома дела ему на ознакомление так и не приносят.

Материал по теме: «Юрий Валентинович, вам придется признаться в 20 убийствах» — мордовский бизнесмен Юрий рассказывает о психологии пыток в тюрьмах. И о том, как им противостоять человеку, случайно попавшему в жернова «правосудия» или лишенному свободы по заказу конкурентов. (ДАЛЕЕ)

Штука в том, что закон не устанавливает для следователя конкретных сроков, в течение которых он должен передать обвиняемому на ознакомление дело в полном объеме. То есть расследование по делу вроде как закончено, но фактически следователь продолжает по нему работу, «набивая» протоколами следственных действий, составленных задним числом.

Оба этих метода следствие с успехом применило в деле мордовского шахматиста Юрия Шорчева. Его случай для России является в некотором смысле уникальным — под стражей без приговора он находился более пяти лет. Защитой была даже подана жалоба в Европейский суд по правам человека.

Без малого три года Шорчев «знакомился с материалами дела», однако следователь так и не предъявил ему всех томов, а ограничив в судебном порядке срок ознакомления с материалами дела, отправил его с обвинительным заключением прокурору. В суде выяснилось, что даже те тома, с которыми подсудимый ознакомился, были затем перешиты. Часть документов в них отсутствовала, зато вместо них появились новые.

Ранее подобная методика была использована в деле бизнесмена-«экстремиста» Антона Мухачева.

Материал по теме: город Ковылкино, где правят авторитеты Фермер и Толстый, — это мордовская Кущевка, пока, правда, не разразившаяся горой трупов. Но все еще впереди, учитывая масштабы сращивания криминала и силовиков. Интервью с одной из жертв этого «братского» союза Сергеем Ковалевым. (ДАЛЕЕ)

Так было с делом другого мордовского узника — Сергея Ковалева, который, уже в суде знакомясь со своим уголовным делом, недосчитался нескольких страниц во втором томе.

Подсудимый из Челябинской области, которого экс-сотрудники печально известной взбунтовавшейся колонии №6 Копейска обвинили в заведомо ложном доносе — Даниил Абакумов, — также рассказывает об аналогичных методах затягивания его уголовного дела перед передачей в суд.

— Следователь ко мне в СИЗО после оглашения обвинительного заключения не приходил несколько месяцев вообще, — говорит он. — А потом вдруг вышел в суд с требованием ограничить мне срок ознакомления. Кстати, тогда на судью не подействовали никакие аргументы: ни график ознакомления, ни мое состояние здоровья, когда я физически не мог встречаться со следователем. Судья определил: три дня на чтение трех томов в более чем 100 страниц…

Даниила Абакумова из СИЗО тогда все-таки выпустили, несмотря на то что вину он так и не признал. Но, как отмечает Абакумов сам, это произошло потому, что дело его резонансное, к нему приковано внимание даже европейской общественности.

Материал по теме: по версии следствия, разгон родственников и случайных прохожих ОМОНом в ночь восстания колонии в Копейске был вовсе не избиением граждан, а «массовыми беспорядками» — прямо как на Болотной площади. Теперь среди обвиняемых и родственники «сидельцев», и сами заключенные. (ДАЛЕЕ)

— Я точно знаю, что многие невиновные люди готовы на все, чтобы вырваться из СИЗО домой — пусть даже под домашний арест, — продолжает он. — Они готовы оговорить себя и других. И таких частенько отпускают. Как, например, тех, кого задержали сразу после акции отчаяния в копейской колонии №6. Многие уже под подпиской о невыезде и под домашним арестом…

Впрочем, иногда бывает и наоборот. Такой беспрецедентный случай произошел недавно в Саранске с подсудимым Сергеем Богачевым. Еще в СИЗО его принудили к написанию заявления об обеспечении ему мер государственной защиты, после чего меру пресечения в виде содержания под стражей изменили на домашний арест. Хотя поехал он из суда не домой, а на базу МВД «Зеленая Роща», которую в простонародье уже окрестили «мордовским Гуантанамо». Формально Богачев под арестом не был, однако покинуть базу не мог. Никаких прав, которыми наделены содержащиеся в СИЗО лица (право на передачи, на свидание с адвокатом и прочие), ему также не предоставлялось, ведь формально он арестованным не был.

В итоге на протяжении длительного времени Богачев находился фактически в плену у мордовских оперативников. Госзащита по-мордовски стала инновационной, еще не описанной в законе Российской Федерации, мерой пресечения для подсудимых и подследственных.

Адвокат Богачева Антон Аркайкин передал нам копии письменных ходатайств его клиента о том, что он больше не может терпеть давление со стороны оперативников, круглосуточно находящихся с ним на базе. Самое смешное, что Верховный суд Республики Мордовия все же внял просьбам Богачева избавить его от надзора оперативников и разрешить покинуть ведомственную базу МВД, но весьма своеобразно — он отправил его в СИЗО за якобы имевшиеся нарушения режима домашнего ареста. Судья Устимов, оглашая свое решение, не смог удержаться от язвительного комментария: «Подсудимый Богачев, ваша просьба исполнена, госзащита у вас снята…»

Но казалось, что подсудимый был даже рад. Теперь хотя бы сроки заключения под стражей пойдут ему в зачет, если суд вдруг вынесет обвинительный вердикт. А вот что делать с незаконным лишением свободы на территории базы, пока неясно. Хотя адвокаты не исключают, что по данному факту подадут жалобу в ЕСПЧ…

 

Материал подготовили: Оксана Труфанова, Александр Газов

Комментарии
Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости