На главную

Доллар = 63,92

Евро = 67,76

6 декабря 2016

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Пряников и Просвирнин как два факела среди серости прикладной политики и черноты догматизма

Роман ПОПКОВ,

обозреватель «Особой буквы»

Двое без башни

Прошлое оставило нам огромный чемодан, набитый чертежами будущего. И печально, что над ними задумываются сегодня лишь два человека. Только в их головах генерируется что-то увлекательное. Только они умеют правильно подойти к этим скрижалям.
Двое без башни 20 ноября 2013
Нам всем необходимы спасительные и вдохновляющие образы будущего. Нужен конкурс проектов будущего, конкуренция среди «конструкторских бюро» — национал-демократических, либеральных, левых. Нам нужен творческий анализ и переосмысление прошлого вместо нервической рефлексии. Пара забавных и умных оригиналов занимаются этим. Жаль, что пока их всего двое.

Вроде как многие согласны с тем, что Россия — страна упущенных возможностей, гигантское кладбище рожденных, но не реализованных идей, проектов. В нашей истории куча экспансионистских, достойных Александра Македонского начинаний, заглохших из-за нелепых исторических случайностей или (что чаще) из-за глупости и непоследовательности сидящих в столицах бюрократов. В нашей истории масса биографий героев, которые были по античному крутыми, но закончили жизнь, не реализовав до конца свои свирепые, гомеровских масштабов таланты.

Князь Святослав не стал нашим Александром Великим, чуть-чуть не дожал, не скинул в Босфор заживавшую чужой век Византию. Не сумел, как планировал, перенести столицу Руси из приднепровской глуши с комарами и болотами на Дунай, ближе к Солнцу, ближе к жизни, ближе к горячим европейским артериям.

Русские не удержались на Аляске и в Калифорнии, забили на свой американский проект, закрылись от свежих ветров Нового Света. Мы хотели оседлать в XIX веке Тихий океан, закрепиться на Гавайях. И бог его знает, стань мы нацией имперцев-колониалистов в подлинном, англо-французском смысле слова, стань мы народом, пропитанным морской солью, может, сейчас меньше было бы в нас вот этой сутулости, которую некоторые почему-то называют «традиционализмом». Но не оседлали Гавайи, так и бросили свои якоря во Владивостоке. Остались там вести нескончаемый спор с японцами из-за расположенной неподалеку груды камней.

Савинков не стал Оливером Кромвелем. И Кемалем Ататюрком тоже. Он стал узником каких-то прохиндеев, шедших к власти, перешагивая через трупы взорванных им, Савинковым, князей и министров. Савинков умер бесславно.

Казаки Павла I вместе с драгунами Наполеона не искупали своих коней в Ганге. Павел I умер бесславно.

Декабристы не арестовали Николая, вели себя почти как гэкачеписты, остались стоять в своих бессмысленных каре на Сенатской площади. Умерли вроде как со славой, но что толку.

Неправда, что история не знает сослагательных наклонений. Русская история только ими и жива. Русская история — это история сослагательных наклонений. Поэтому бешеной популярностью у читающей части обывателей пользуются книжки по «альтернативной истории», где мы эту историю переигрываем без конца. В этих книжках империи не рушатся, колонии не эвакуируют, а герои умирают, лишь только сполна отыграв свой героический сценарий. Когда-то лично меня любовь русских к этому сослагательному наклонению раздражала, и была даже какая-то колонка про народ, живущий с головой, повернутой назад.

А на самом деле тут раздражаться не нужно. Нужно принять факт того, что наше русское прошлое оставило нам в наследство огромный чемодан, битком набитый чертежами. Самыми разными. Там есть авантюристические планы кшатриев, мудрые, малоизученные доктрины брахманов, много чего погубленного раз за разом приходившей к власти в нашей стране бестолковой серостью. Да и мировая история, с магистралей которой Россию постоянно стаскивали и стаскивают, готова предложить и предлагает сундуки со своим «золотом доктрин».

И вот сейчас, в 2013 году, у нас образовалась вроде как некоторая передышка на фронтах борьбы с кровавым режимом. Некоторые называют эту передышку спадом («слитием») протеста, но в данном случае не это важно. А важно то, что, пока есть время до очередного неизбежного «обострения внутриполитической ситуации», можно и нужно тщательно изучать этот колоссальный опыт, эти славные и бесславные биографии, по новой расшифровывать чертежи брахманов и кшатриев прошлого. Не из научного интереса, нет. Мы же не Акунин. Только лишь для будущего, для того пугающе чистого листа, который нужно превращать в эпическое полотно. Конвертировать мудрость и дерзость прошлого в потенциал грядущего национального возрождения. Брать и всемирное историческое наследие скопом и по-хозяйски примерять к нашим национальным хоромам: «Так, это не пойдет потому-то и потому-то, а это вроде нормально, нужно только поподробнее изучить, а это вообще в самый раз — бери и делай».

По идее, сейчас должны соперничать те самые тысячи школ: национал-демократические, либеральные, лево-демократические, социалистические. Создавать смыслы, эстетические образы, писать политические поэмы, строить без устали эту грядущую, небывалую Россию. Не только для того, чтобы было что ответить на вопрос слегка пьяного желчного мужичка: «А какая у вас, понимаешь, программа?» Доктрина грядущего государственного и национального строительства должна быть.

Или кто-то всерьез верит, что Путин и/или его наследники оставят нам прямо вот Российскую Федерацию в ее нынешнем виде? Какое-никакое, но функционирующее, пусть криво и косо, государство? Страну, которую можно реформировать по сингапурской методике? Конечно же, нет. Путин и/или его наследники начнут таранить себе дорогу в аэропорт, только когда все к чертовой матери окончательно рухнет, и нам останется лишь хаос, крах по всем направлениям, что-то в лучшем случае похожее на Россию февраля — октября 1917-го. И новые смыслы, новые чертежи должны быть адекватны именно такой картинке.

И печально, что по поводу этих доктрин, образов будущего задумываются сегодня только два человека. Прямо вот готов назвать имена-фамилии. Павел Пряников и Егор Просвирнин. Только в их непростых головах сейчас генерируется что-то увлекательное. Только они одни и умеют правильно подойти к этому чемодану с чертежами и скрижалями, только они и знают, как сдуть пыль с этих чертежей и древних биографий.

Пряников и Просвирнин — два странных типа, они словно бы инопланетяне со своим зачастую парадоксальным мышлением. Не похожи друг на друга идеологически. Один создает уже здесь и сейчас русскую европейскую империю, европейскую страну номер один. Другой создает, тоже уже здесь и сейчас, русскую европейскую конфедерацию. У одного скалящаяся белозубо Тэтчер на танке «едет на переговоры с социалистами». Другой — сам социалист.

Был еще третий художник, третий пророк-еретик — Эдуард Лимонов. Автор книги «Другая Россия». Не путать с современным колумнистом «Известий». Но про того Лимонова что-то давно ничего не слышно. А ведь он был покруче и Просвирнина, и Пряникова. Еще одна безвременно и бесславно закончившаяся биография.

И вот сейчас в российской интеллектуальной тьме горят факелы Просвирнина и Пряникова. Вспышка справа и вспышка слева. А вокруг — тьма возмутительной шизы догматиков и бездарей. Есть еще, правда, прикладная политика — эффективная, как у Навального, или неэффективная, как у Удальцова. Эффективная прикладная политика тоже нужна, но ею одной не спасемся.

Мне многое не нравится и у Пряникова, и у Просвирнина. Над многим я даже готов смеяться. Не нравится, например, воспевание поздних Романовых в «Спутнике и Погроме». Николай II в плаще императора Палпатина и в сопровождении эскорта имперских штурмовиков — очень стильно, но какой к черту из Николая Палпатин. Мне, как фанату «Звездных войн», даже обидно. Ну и у Пряникова там какие-то кролики, огороды на пустырях — непонятная мне ерунда.

Но все же Пряников и Просвирнин — единственные художники в современной русской политике (как бы они ни отрицали — оба политики). И не говорите мне, что художник в политике не может быть успешен, не вынуждайте приводить неполиткорректные примеры. Пряников и Просвирин берут наше тяжеленное прошлое, изучают это кладбище доктрин и биографий и, вдохновившись, рисуют нам будущее. Рисуют каждый по-своему, но оба — одинаково системно служа своей Идее.

Каждый пишет свою «Русскую жизнь», свою «Другую Россию». Наверное, только их мне и интересно сейчас читать.

Кстати, думаю, что постановка в один ряд Пряникова и Просвирнина их обоих одинаково взбесит. Гении склочны и ревнивы.

 

Материал подготовили: Роман Попков, Александр Газов

Комментарии
Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости