На главную

Доллар = 35,68

Евро = 49,31

25 апреля 2014

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

О запрете на нецензурную лексику в СМИ, наказании за мат, депутатах и совратителях

Дмитрий КИРИЛЛОВ,

трэш-экскурсовод по российской политике

Шах и мат-перемат

Депутатам не хватает фантазии. Надо так: сказал радиоведущий что-то страшное, и полиция нравов язык у него конфискует. Наговорил — приехали — отрезали — уехали. А журналистам пишущим следует отрубать руки, чтоб не набирали непристойности.
Шах и мат-перемат 21 января 2013
«Особая буква» и подкаст-терминал Podster.Ru представляют еженедельную авторскую передачу «Говорит Кириллов» — трэш-экскурс в российскую политику.

Готовьтесь, друзья! Будет сейчас «лимонка» от Кириллова в Госдуму и отечественные СМИ. Так случилось, что уважаемые парламентарии приняли в минувшую пятницу в первом чтении законопроект о штрафах за использование в СМИ нецензурной лексики, чем привлекли на свою голову внимание любопытного трэш-экскурсовода, а зря.

Итак! Обычным гражданам в случае окончательного и бесповоротного принятия упомянутого законопроекта придется раскошелиться на 2 или 3 тыс. рублей. Из должностных лиц карающий хлыст правосудия выбьет от 5 до 20 тыс., а из лиц юридических — от 20 до 200 тыс. русских денег.

Авторы документа внесли деликатное уточнение — штраф с конфискацией предмета административного правонарушения. Конечно же, понятно, о чем речь. Однако депутатам не хватает фантазии. Стесняются, не иначе. Надо ведь как? Сказал радиоведущий в прямом эфире, допустим, что-то страшное, и полиция нравов конфискует у него что? А пусть язык и конфискует. Наговорил — приехали — отрезали — уехали. Так и надо. А журналистам пишущим следует отрубать руки, чтоб не набирали шаловливыми подушечками пальцев непристойности.

Пошутили, и хватит. Вернемся к авторам законопроекта. Депутаты прикрываются заботой, в том числе о детях. Уважаемые парламентарии, Кириллов тоже был мальчиком и когда-то учился в школе. С основным джентльменским набором матерных слов он ознакомился именно благодаря одноклассникам и школьникам постарше. Вовсе не СМИ его совратили, нет. Что-то подсказывает Кириллову, что и совратители не в журналах прочли эти страшные слова, и не телевизор способствовал их эрудиции. На дворе, если что, было начало 90-х. То есть куда более анархическое время с точки зрения цензуры.

Самое же главное — зачем. Стыдно повторять фундаментальные либеральные истины, но есть важнейшее правило: не хочешь — не смотри. К тому же, если уж честно, никакой атаки нецензурной лексики на СМИ нет и не будет. А для впечатлительных достаточно размещать предупреждения. Таким образом, граждане сами решат, что и когда им читать, смотреть, слушать.

Впрочем, у нас теперь вроде как и блоги приравняли к СМИ. Там, конечно, мата побольше будет. Но ведь читать блоги никто не неволит. Блоги вообще читать не надо. Хотя, если верить зампреду думского комитета по конституционному законодательству и госстроительству Дмитрию Вяткину, то блогосферу корежить не будут.

Значит ли все это, что СМИ очень хорошие, а депутаты — злые вурдалаки? Увы, нет. С отечественными средствами массовой информации в самом деле не все в порядке, но совсем не потому что мат. Если что, Кириллов сам журналист. Стало быть, нигер может назвать своего собрата нигером.

Что же не в порядке со СМИ? В первую очередь кромешная беда происходит в их общественно-политическом сегменте. Например, федеральные телеканалы позволяют себе, мягко выражаясь, откровенную и осознанную дезинформацию граждан. Речь, конечно же, об охранительских блокбастерах «Анатомия протеста» 1 и 2, откровенно параноидальных программах Аркадия Мамонтова и других немыслимых чудесах. Извините, но между матом и откровенным сумасшествием Кириллов выбирает не задумываясь.

Оппозиционным СМИ тоже не следует расслабляться. Замалчивание фактов, цензура, примат тусовки над правдой царят здесь столь же ослепительно, как и в охранительском бедламе. Исключения, конечно же, есть. Текстовая версия трэш-экскурсий выходит как раз на одном из таких исключений, не сочтите за лесть. Но хочется же больше площадок для живых дискуссий.

В общем, отстаньте от СМИ, уважаемые депутаты. Журналисты и их аудитория разберутся без вас. Кроме того, если информационный ресурс принадлежит частными лицам, то они вправе сами определять редакционную политику. Даже если политика эта требует космических масштабов ненормативной лексики в контенте. А граждане сами решат, становиться им аудиторией ресурса или нет. Телевизор всегда можно выключить, газеты и журналы покупать не обязательно, на интернет-ресурсы тоже никто насильно не тащит. Не забывайте об этом.

Но что думает сегодняшний гость, шеф-редактор объединенной компании «Рамблер-Афиша» Юрий Сапрыкин? Самое время спросить его об этом!

— Как вы относитесь к этому законопроекту? Следует ли как-то контролировать сверху контент СМИ на предмет содержания ненормативной лексики или же это дело частное? Действительно ли в СМИ так много мата, а мы просто привыкли и не замечаем?

Вы знаете, я мог бы записать уже какой-то универсальный комментарий по поводу большинства новых законов, которые вносятся в Думу.

Любой новый закон в последние приблизительно восемь-девять месяцев вызывает одну и ту же реакцию. Во-первых, это какая-то страшная глупость. Во-вторых, если внимательно вчитаться в букву этого закона, то там сообщаются какие-то пугающие вещи, абсолютно абсурдные и неадекватно жесткие. В-третьих, этот закон настолько расплывчато сформулирован, что может быть произвольно применен к любому объекту, в данном случае — к любому СМИ или любому журналисту, к которому правоохранительным органам захочется его применить. То есть это дамоклов меч, который подвешивают над людьми. И в нужный момент, видимо, ниточка будет перерезана.

И, в-четвертых, чему научил наш опыт последних опять же 8–9 месяцев — что Дума работает на себя и на собственный пиар. Потому что пока по крайней мере кучу этих репрессивных законов, которые они напринимали, никто не собирается применять. Потому что, чтобы соблюдать каждый пункт законов о митинге, закона о клевете, об иностранных агентах, и так далее, и так далее, и проследить за соблюдением этих пунктов, нужно, видимо, половину страны завербовать в правоохранительные органы и натравить на другую половину страны, которая должна эти законы выполнять. То есть, если не приставить к каждому человеку еще одного надсмотрщика, который бы следил за тем, не ругается ли тот матом в письме или ходит ли он на разрешенные собрание по заранее согласованному маршруту…Иначе это все настолько дотошно, насколько желает этого Дума, проконтролировать невозможно. Поэтому единственная надежда, которая у меня есть, — это то, что вся суровость будет компенсироваться необязательностью исполнения.

Что касается проблемы мата в СМИ. На этот счет, во-первых, существует уже множество принятых той же самой Думой ограничений, предупреждений и запретов. В первую очередь мы говорим о возрастной маркировке. Мне кажется, если издание имеет возрастную маркировку 16+ или 18+, то в принципе дальше оно может делать что хочет в смысле чистоты русского языка. Потому что ничего сверх того, что человек услышал в транспорте, на улице или в общении с теми же правоохранительными органами, никакое издание сообщить не может. И отрицать это было бы страшным ханжеством.

Во-вторых, помимо этих возрастных маркировок существуют внутренние редакционные ограничения. Большинство известных мне изданий заменяют мат либо пробелами, либо ставят отточие внутри слов — то есть не дают совсем уже обсценной лексике прорываться на свои страницы.

Если же буквально понимать и буквально следовать этому закону, то мы получим абсолютно абсурдную идиотскую ситуацию, похожую на ту, что была описана в известном анекдоте про двух солдат, которые пришли в детский сад чинить проводку, после чего в детском саду все дети начали ругаться матом. Вот их вызывает старшина и говорит: «Вот вы, рядовой Иванов и рядовой Петров, что же вы там такого наговорили?» А те в ответ: «Ну, вот рядовой Иванов, мол, капнул мне раскаленным оловом на ногу, а я ему и говорю: «Что же ты, рядовой Иванов, капаешь мне раскаленным оловом на ногу. Как же можно так халатно себя вести во время производственного процесса?»

Мне кажется, что перевод с естественного языка, на котором говорят ньюсмейкеры, на котором говорят люди на улице, люди на митингах, люди в кулуарах Думы и так далее, — этот искусственный выхолощенный язык и создаст эту абсурдность и идиотскую картинку, похожую на двух солдат, которые разговаривают на языке передовицы газеты «Правда». И мне бы этого очень не хотелось.

— Можно ли сказать, что это начала какого-то большого процесса или же просто сердобольные депутаты решили таким образом навести порядок в СМИ? Ожидать ли нам запрета нецензурной лексики сначала в блогосфере, а потом, может быть, и в художественной литературе?

Мне кажется, что это продолжение какого-то большого процесса, который начался в момент работы Госдумы 6-го созыва. 99 процентов ее энергии направлено на то, чтобы еще чего-нибудь запретить и где-нибудь по мелочи общественность ущемить. При этом, как правило, все запреты и ущемления мотивированы заботой об общественной нравственности и, в частности, заботой о детях. Никто так не заботился о детях за всю историю России, как нынешняя Госдума. Все во имя ребенка. Все во благо ребенка. Только здесь от этого лучше почему-то не становится.

Мне кажется, что, без сомнения, как говорили в эпоху перестройки, «процесс пошел»: законотворческая инициатива запущена, и дальше можно ожидать чего угодно. И ограничение на мат в художественной литературе, и запрет на мат в блогосфере, и запрет в блогосфере изображений, нарушающих общественную нравственность, и запрет в блогосфере иностранных слов. В общем, в этом бурлящем и громокипящим творчестве нынешней Думы я не удивлюсь абсолютно ничему.

— Юрий, а когда и где вы сами впервые услышали ненормативную лексику? И как вы реагируете на появление таковой в материалах журналистов, которые присылают вам тексты?

Ну как… Я, как и все, наверное, нормальные люди, впервые услышал на улице или в школе или в спортзале — я совершенно не помню, где это было. Но случилось это в достаточно раннем возрасте, и СМИ к этому были совершенно не причастны, не говоря о блогосфере и тем более уж о художественной литературе.

Мне кажется, что мат — это чрезвычайно сильное экспрессивное средство, и чтобы сохранить его экспрессивность, речь свою надо бы, конечно, фильтровать, особенно если речь идет о музыкантах, журналистах и так далее и так далее. Но фильтровать не значит отказываться полностью. Мат — это средство, которое допустимо для выражения каких-то крайних, предельных чувств. Писатели, музыканты, которые пользуются им с умом, в общем, достигают довольно сильного эффекта. Тут можно говорить о самых разных людях в диапазоне от Егора Летова до Владимира Сорокина, которые прекрасно умеют употреблять мат по делу и делать его средством решения своих художественных задач.

Когда мне попадаются тексты с обсценной лексикой, то, если это цитата, я ставлю в ней отточие. Если это слово, которое появляется в тексте автора, в тексте, написанном самим журналистом, то я, в общем, скорее предложил бы его заменить, но если оно употреблено по делу, обоснованно и иначе совершенно не скажешь, то я тоже поставлю в нем отточие и отдам его корректорам.

 

Материал подготовили: Дмитрий Кириллов, Мария Пономарева, Александр Газов

Комментарии
Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Женевские договоренности по Украине фактически сорваны

«Особая буква»
Политики спустились со швейцарских гор на украинскую землю
Политики спустились со швейцарских гор на украинскую землю
23 апреля 2014

Ряд очевидных и не очень очевидных выводов из продолжающегося противостояния на юго-востоке Украины

Аглая БОЛЬШАКОВА,
обозреватель «Особой буквы»
Женевская власть плюс федерализация всей страны
Женевская власть плюс федерализация всей страны
18 апреля 2014

Украина стала главной темой общения Владимира Путина с россиянами в эфире федеральных каналов

«Особая буква»
Прямая линия от Крыма к Украине
Прямая линия от Крыма к Украине
17 апреля 2014

Адвокат Лебедева: ограничение на выезд Платона Леонидовича из России ничем не обосновано

Комментирует Владимир Краснов,
адвокат Платона Лебедева
Граница на многомиллиардном замке
Граница на многомиллиардном замке
14 апреля 2014

Федерализация Украины теоретически возможна, но пока нет механизма ее реализации

Владимир ЖАРИХИН,
заместитель директора Института стран СНГ
«Украина сейчас в ловушке, выход из которой трудно представить»
«Украина сейчас в ловушке, выход из которой трудно представить»
11 апреля 2014

Новости