На главную

Доллар = 63,68

Евро = 67,61

3 декабря 2016

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Смертная казнь

Федор СУХОВ,

обозреватель «Особой буквы»

МОРАТОРИЙ НА ПРИМЕНЕНИЕ ДЕМОКРАТИИ

Конституционный суд вынес решение, согласно которому смертные приговоры не могут выноситься и исполняться и после того, как по всей стране будут введены суды присяжных.
МОРАТОРИЙ НА ПРИМЕНЕНИЕ ДЕМОКРАТИИ 23 ноября 2009

Нужно напомнить, что в Чечне — последнем субъекте Федерации, где суды присяжных не работали, — они начнут действовать с 1 января будущего года. В связи с этим Верховный суд России в конце октября направил в Конституционный суд запрос, суть которого коротко можно выразить так: применять ли после 1 января смертную казнь, когда условие для моратория на нее перестанет действовать? Ведь именно Конституционный суд десять лет назад в своем решении указал, что смертная казнь может назначаться судом только при предоставлении обвиняемому права воспользоваться судом присяжных. Кроме того, в 20-й статье Конституции сказано, что смертная казнь может применяться «впредь до ее отмены», то есть вроде как выражено намерение «исключительную меру» в будущем отменить. 

Время поджимало, и Конституционный суд даже решил рассмотреть это обращение во внеочередном порядке. Результат уже известен, и мотивы для своего решения судьи КС привели такие: «В течение десяти лет в Российской Федерации действует комплексный мораторий на смертную казнь. За это время сформировались устойчивые гарантии права не быть подвергнутым смертной казни и сложился легитимный конституционно-правовой режим, в рамках которого — с учетом международно-правовой тенденции и обязательств, взятых на себя Россией, — происходит необратимый процесс, направленный на отмену смертной казни как исключительной меры наказания, носящей временный характер и рассчитанной лишь на некоторый переходный период. Поэтому введение 1 января 2010 года суда присяжных на всей территории Российской Федерации не создает возможность назначения смертной казни».

Но есть серьезная правовая коллизия — как ни верти, но согласно Конституции смертная казнь в России есть. Более того, суд присяжных заработает скоро везде, и наверняка найдутся преступники, совершившие особо тяжкие злодеяния, которые никогда перед таким судом предстать не захотели бы. Например, серийному убийце детей именно суд присяжных, скорее всего, вынесет смертный приговор — иначе как эти присяжные потом будут ходить по улицам без того, чтобы испытать на себе гнев сограждан? Более того, в решении Конституционного суда от 2 февраля 1999 было сказано, что вопрос об отмене смертной казни решится «в разумные сроки». К тому времени Россия уже подписала в 1997 году 6-й протокол к Европейской конвенции по правам человека, говорящий прямо: «Смертная казнь отменяется. Никто не может быть приговорен к смертной казни или казнен». Но этот самый 6-й протокол Госдума не может ратифицировать уже десять лет, а мы знаем, что если бы с 1999 по 2008 год в Кремле лишь бровью повели, то протокол был бы ратифицирован. 

Десять лет — разве это разумные сроки? Значит, не очень-то и хотели, за что, собственно, и получали выволочки от Совета Европы. Ведь вступая в эту организацию, мы присоединились к Европейской конвенции по правам человека и обещали отменить смертную казнь. Но мнения разделились не только в российском обществе, но и среди служивых людей и даже политиков. Восстановить смертную казнь требовали прокуроры, депутаты Госдумы, и даже спикер Борис Грызлов считает, что время для ратификации 6-го протокола еще не пришло.

Все это говорит только об одном: в нашей стране все еще существует влиятельное политическое большинство, препятствующее окончательному запрету смертной казни. Ведь не Европейскую конвенцию и протоколы к ней подписывал Борис Ельцин. Но его преемник явно не столь же демократичен. Нам просто повезло, что Венская конвенция о праве международных договоров еще действует — в ней говорится, что ратификация не является обязательным условием, чтобы договор начал работать. 

Собственно, именно Венская конвенция, а также положение российской Конституции о том, что международные соглашения выше национального права, являются единственными юридическими препятствиями для смертной казни. Была бы воля нашего премьера — мы бы, чего доброго, вообще бы сейчас из Совета Европы вышли. Просто такой шаг стал бы слишком затратным в имиджевом, да и в финансовом плане. Видимо, поэтому Конституционный суд выдумал словосочетание «устойчивые гарантии» вместо ясных юридических терминов. 

По той же причине не указал депутатам Госдумы на то, на что, по мнению многих наблюдателей, должен был указать, руководствуясь хотя бы чувством собственного достоинства: господа депутаты, могли сказать судьи, долго еще будет тянуться волынка с ратификацией 6-го протокола? Вы уж, пожалуйста, определитесь: либо нам Европейская конвенция не нужна и мы этот Совет Европы видали в гробу, либо — ратифицируйте. Однако суд решил не ставить перед Думой такую опасную дилемму

Кроме того, вместе с радостью при мысли о том, что в стране «басманного правосудия» хотя бы казнить не будут, не проходит ощущение, что продление моратория — это лишь инструмент в дипломатической игре с Европой. Мало кто удивится, если при наступлении очередного похолодания Кремль одобрительно кивнет Госдуме, и та 6-й протокол все же ратифицирует. Так уже было с другим протоколом к Европейской конвенции, 14-м, касающемся Европейского суда по правам человека. Примерно за неделю до начала осенней сессии ПАСЕ, на которой нас должны были наказать за войну с Грузией, Госдума намекнула: мы почти готовы 14-й протокол ратифицировать. И сработало — Россию ни слова не лишили, хотя собирались, ни полномочия делегации в ПАСЕ не приостановили. 

Также получилось и с продлением моратория на смертную казнь. Совет Европы мгновенно отреагировал — это решение там назвали «важным шагом к запрету смертной казни».
Откровенно говоря, отмена смертной казни — вовсе не главный критерий демократичности власти. В США и Японии, например, смертная казнь действует, но с демократией там обстоит, прямо скажем, куда лучше, чем у нас. И если на одну чашу весов положить мораторий на казнь, а на другую — создание в стране климата, когда убийства правозащитников и журналистов сходят с рук их исполнителям и заказчикам, когда милиция применяет пытки, доводящие людей до самоубийства, когда образ стреляющего «борца за справедливость» (как правило, сотрудника милиции или ФСБ) не сходит с экранов подчиненного государству телевидения, то станет ясно: такой мораторий важен, но он — скорее исключение из правила. Что-то вроде розочки из хорошего крема на плохом торте.

Комментарии
  • Еремцова Софья, студент , спортсмен
  • 1 декабря 2009, 19:10
Да, во многом вы правы, насчет политических причин отмены все верно.
Но это палка о двух концах, здесь нельзя сказать однозначно — нужна ли смертная казнь.
Может многие люди и недостойны жить на земле, но если бы мораторий сняли, очень многие люди бы радостно закричали: «ДА! НАКОНЕЦ-ТО», а в этой кровожадности нет ничего хорошего. Ну не должны люди думать, что они вправе убивать, решать чью-либо жизнь. «Око за око, зуб за зуб» — это не признак развитости общества.
На мой взгляд, смертная казнь — один из самых сложных вопросов, правильный ответ на который найти невозможно.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости