А Б В Шрифт

Россия и Украина продолжают делить Азово-Керченскую акваторию

Кирилл ФРОЛОВ,

заведующий отделом Украины Института стран СНГ

«Янукович по-прежнему проводит хуторянскую линию в отношениях с РФ»

Москва борется за совместное использование Азово-Керченской акватории, а Киев продолжает политику «дружба дружбой, а пролив врозь».
«Янукович по-прежнему проводит хуторянскую линию в отношениях с РФ» 14 июля 2012
Президенты России и Украины, несмотря на ожидания подписания итогового соглашения о границах, не смогли договориться о разделении Азово-Керченской акватории. Согласование позиций сторон продолжится. После распада СССР две братские страны ведут бесконечные споры и переговоры — территориальные, газовые, о размещении Черноморского флота в Крыму и статусе русского языка. Не оттого ли, что слишком тесно связаны наши народы, наша история и культура? И потому так болезненно и трудно идут процессы по разделению всего и вся…

— Расскажите нашим читателям о российско-украинском территориальном споре. Когда он возник и как решался?

— История этого, как и многих других споров, — это история советских административных границ, ставших в одночасье государственными. В 1991 году номенклатура ЦК Компартии Украины не боролась за свою независимость, а получила ее даром. Тогдашняя российская власть во главе с Борисом Ельциным тоже не боролась за территории, которые юридически и исторически принадлежали России. Просто чтобы получить полноту власти на своей территории, отдала все, что можно было отдать. Поэтому эти спорные ситуации были заложены в 1991 году.

В данном случае весь вопрос в том, кто будет контролировать Керченский пролив. Российская сторона опасалась того, что если она пойдет по украинскому варианту проведения границы по поверхности Керченского залива, а не по дну, то Украина, стремящаяся в НАТО, получит контроль над Керченским проливом, и корабли Североатлантического альянса смогут просто заходить в Азовское море, что смертельно опасно для безопасности нашей страны. РФ предлагала разные варианты, в том числе совместное пользование Керченским проливом и так далее.

— Какую позицию занимает Москва в настоящий момент?

— Владимир Путин сейчас, когда он вернулся к полноте власти, проводит очень умную политику защиты национальных интересов РФ — и по газу, и по проливу. Да-да, мы готовы подписать, но… Но мы подпишем тот или иной вариант в зависимости от тех или иных шагов Украины. То есть ничего больше Россия вот так просто подмахивать, не просчитывая дальнейшие последствия этих подписей, не будет. И естественно, насколько я понял, Владимир Путин увязывает вопросы цены на газ, Керченских соглашений с теми или иными шагами Украины в экономической, политической, гуманитарной областях.

К примеру, Виктор Янукович так и не подписал закон о региональном статусе русского языка. Казалось бы, это даже не полнота прав русского языка, а полнота справедливости двуязычия государства. Хотя бы пойди на элементарную уступку, хотя бы региональный статус введи. Русский язык, который создавался малороссийскими православными интеллектуалами в XVII веке и на котором говорят миллионы граждан Украины. Ну дайте им права-то, это их законные права. Языковой вопрос мегаактуален для Украины. Но нет, закон так и не подписан. А раз закон не подписан, тогда и соглашение по Керченскому проливу не подписано.

То же самое и по газу. Путин говорит о том, что да, мы готовы договариваться по газу, нас самих тяготит этот вопрос, но… Но мы это не будем делать просто так. (Я не цитирую, а вольно интерпретирую президента.) Мы не будем подписывать соглашения ради соглашений. Нам нужен результат. И так теперь будет во всем. И это очень правильно. Как у Ильфа и Петрова: сначала стулья, а потом деньги.

Пока никаких шагов реальных нет. Кроме того, я бы, конечно, к вопросам геополитическим, экономическим, языковым, вопросам интерпретации истории добавил бы и православный вопрос, не менее важный, чем все остальные. Его не нужно делать периферийным. Дело в том, что украинские раскольнические группы — это не просто раскольники, это, по сути, полувоенные формирования, которые занимались закладкой православных храмов, что сопровождалось избиениями священников и мирян, и вербовкой боевиков Дудаеву. И поскольку решение так называемого Киевского патриархата в раскольнических кругах о том, что дудаевская Ичкерия является «канонической территорией», не отменено, то и вопрос участия украинских националистов — в том числе церковных раскольников — в международной террористической деятельности против России, я считаю, тоже должен быть в составе пакета двусторонних соглашений, вопросов, требующих решения.

Все эти вопросы — тесты на политическое партнерство России и Украины. Я считаю, что Виктор Янукович сам заинтересован в том, чтобы решить их к обоюдному согласию. Потому что демонстрация западных правительств, фактически его весьма условно признающих, их визиты к Юлии Тимошенко говорят о том, что Януковичу от Запада ждать нечего, его там не ждут.

— И все же, в вопросе о спорной территории Азово-Керченской акватории за что борются стороны? Насколько принципиален вопрос для России, для Украины?

— Россия борется за совместное использование акватории, а Украина продолжает политику «дружба дружбой, а пролив врозь». Поскольку сейчас в НАТО не вступает и в ЕС не вступает, потому что бесперспективная затея, но все равно пытается вести какую-то, я бы назвал, хуторянскую линию. Она совершенно бесперспективна. Россия и Украина только совместно могут провести индустриализацию своих экономик, возрождая финансово-промышленные группы в области машиностроения и так далее, но это невозможно без комплексного решения всех вопросов.

Хочу еще раз сказать, что вопросы языка, веры, культуры должны быть в пакете. Они уже в пакете, но роль гуманитарного фактора должна быть усилена.

— Некоторые СМИ уже написали, что Путин будто бы пошел на уступки по территориальной теме, упоминался остров Тузла. Кто-то назвал это сдачей позиций страны. Так ли это?

— Скажу то, о чем думают все стратегически мыслящие люди. Отношения с Украиной для России важнее, чем остров, ставший косой, Тузла. И Владимир Путин, делая жесты доброй воли, естественно, имеет в виду ответные шаги со стороны Украины. Не подписали же еще пакет по Керченскому проливу. Именно потому, что этих шагов было недостаточно.

Нам нужен новый Харьков, новые харьковские соглашения.

Поэтому Путин национальные интересы России не сдает, он их отстаивает исходя из принципиальной задачи восстановления стратегического партнерства Москвы и Киева, которые возможны в реальности только в случае двуязычия на Украине и уважения Московского патриархата и вступления Украины в Таможенный союз. Вот это принципиальная, приоритетная задача, поэтому критика Путина носит демагогический характер. Он ничего не сдавал.

— Территориальный спор на проблеме пребывания в Севастополе нашего Черноморского флота как-то отражается?

— Он входит в пакет. Пока, конечно, украинские националисты пытаются оспорить Харьковские соглашения. Часть так называемых прагматиков в команде Януковича пытается их подвесить, в частности из окружения Тигипко, и шантажировать Россию таким образом. Но шантаж России не пройдет, и эти игры и попытки усидеть на двух стульях очень опасны, в первую очередь для самого Януковича.

 

Материал подготовили: Елена Николаева, Александр Газов

Комментарии

Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.