Спецслужба

Материал «Владимир Путин. Темный путь к власти» вышел в американской версии журнала GQ на прошлой неделе, но широкую известность ему принесли минувшие выходные. В Интернете стали распространяться слухи о решении издательского дома Conde Nast, которому и принадлежит GQ, не публиковать «Темный путь к власти» как в российской версии, так и на сайте в Сети. Такое решение в Conde Nast объяснили тем, что издательский дом «принимает во внимание законы и проблемы тех стран, в которых выходят журналы». Статья была переведена на русский язык американскими пользователями Всемирной паутины и выложена на одном из популярнейший в США блогах.

По словам автора материала, репортера Скотта Андерсона, он лично общался в Москве с бывшим офицером ФСБ Михаилом Трепашкиным, который является последовательным сторонником версии о причастности спецслужбы к терактам. В материале руководство России не обвиняется в организации взрывов напрямую. Читатель подталкивается к подобным выводам с помощью косвенных доказательств и создания общей атмосферы.

Редактор российской версии GQ Николай Усков в свою очередь подчеркнул, что решение о размещении того или иного материала филиалы журнала принимают самостоятельно. Кроме того, по словам господина Ускова, материал не содержит ничего сенсационного для российского читателя — версия о причастности ФСБ к взрывам уже появлялась в начале 2000-х годов и даже обсуждалась на центральных телеканалах.

Комментирует Лев Пономарев, правозащитник, бывший член Общественной комиссии по расследованию обстоятельств взрывов домов в Москве и Волгодонске и учений в Рязани

Вопрос об организаторах тех терактов и причастности к ним спецслужб до сих пор окутан тайной. Взрывы сыграли определенную роль в росте рейтинга Владимира Путина. Не скажу, что он не был бы избран на пост президента России без взрывов и ответных действий — избрали бы и так. Но обрушения домов и последующие события определенную роль в его избрании сыграли.

Мы занимались расследованием тех событий. Хочу подчеркнуть, что, в отличие от того же самого Литвиненко, правозащитники никогда жестко не обвиняли, оперируя лишь находящимися в нашем распоряжении фактами.

Вообще, обвинений тогда было много, и Михаил Трепашкин являлся в этом плане самым сильным возмутителем спокойствия. Но для меня очевидно, что власть почему-то боялась общественного внимания к процессу над обвиняемыми в организации терактов. Да и сам процесс скомкали и искусственно засекретили. В результате были осуждены два человека, не имеющие непосредственного отношения к самому проведению взрывов. Кроме того, очевидно, что из процесса был выдавлен Михаил Трепашкин. Его посадили только для того, чтобы заткнуть рот. 

Второй настораживающий момент — непонятная ситуация в Рязани. Эта история намного более темная. МВД вскрыло теракт — ФСБ объявило это учениями. Нестыковка серьезная. Спецслужбы ужи использовали криминальные структуры для проведения терактов. Речь идет о так называемой банде Лазовского, члены которой в первую чеченскую войну организовали взрывы в столице России. Они были связаны с ФСБ — это доказано и сомнению не подлежит. Отсюда вопрос: если Федеральная служба безопасности России уже занималась организацией терактов в середине 90-х, то почему она не могла организовать их позднее?

Вообще, москвичи продемонстрировали поразительное безразличие к поиску виновников взрывов, организаторов. Даже родственники жертв. Если бы они были бы столь активны, как и родственники жертв Беслана, мы бы знали сегодня намного больше.