На главную

Доллар = 63,95

Евро = 71,57

30 сентября 2016

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Госдума может ввести административную и уголовную ответственность за клевету в Интернете

Комментируют Сергей Жаворонков, Станислав Яковлев

«Заходишь в «Твиттер», а там депутат Бурматов такое пишет…»

Идея персональной ответственности за клевету в Сети не столь уж дурна, хоть ее и предложили единороссы. Все-таки гражданские активисты и оппозиционные политики страдают от интернет-клеветы не меньше, а может даже больше чиновников.
«Заходишь в «Твиттер», а там депутат Бурматов такое пишет…» 29 августа 2012
Растиражированная информация о планах думских единороссов обезопасить власть от критики в Сети вызвала бурю в Рунете. Но законопроекта по факту еще нет. Более того, трудно представить документ, где может быть прямо прописано наказание за критику. Скорее всего, если подобный правовой акт и появится, то с терминами «клевета» или «бездоказательные утверждения». А это совсем другое дело. Ведь нельзя отрицать, что пользователи социальных сетей и «Живого Журнала» периодически вбрасывают в медиапространство откровенно лживую информацию. И если учесть, что по скорости передачи и широте распространения «Фейсбук», «Твиттер» и «ЖЖ» не только не отстают, но и подчас опережают СМИ, то и вред недостоверными данными или клеветой могут нанести больший, чем, например, газета.

«Независимая газета» цитирует слова вице-спикера Госдумы и члена комитета нижней палаты по культуре Сергея Железняка: «Со СМИ сейчас как раз все понятно. Законом уже предусмотрена соответствующая ответственность для журналистов — и для изданий, и для авторов. Но что делать, если какой-то анонимный пользователь позволяет себе оскорбительные высказывания? В этом направлении мы будем рассматривать вопросы, связанные с совершенствованием законодательства, для того чтобы анонимность не создавала иллюзию безнаказанности для таких людей».

Все уже привыкли, что сообщения о какой-либо законодательной инициативе «Единой России» не несут ничего хорошего. И оснований для этого более чем достаточно. Поэтому новость о планах единороссов ввести административную и уголовную ответственность за анонимную клевету в Интернете никакой дискуссии не вызвала — Рунет однозначно расценил эту идею как очередное закручивание гаек, введение жесточайшей цензуры на критику Кремля и партии власти.

Еще раз повторим, причины для подобных опасений есть — не нужно объяснять, как умело российские суды умеют пользоваться любыми законами ограничительного характера и кто у нас всегда прав. На сайте «Единой России» уже появилось обещание Владимира Бурматова, что «разработка законодательных предложений по защите от клеветы в Интернете будет идти с учетом мнений блогеров, экспертов, IT-специалистов и интернет-сообщества в целом». Но наученное горьким опытом это самое интернет-сообщество одиозному единороссу, само собой, не верит. И правильно делает.

Вместе с тем нельзя не признать, что определенная логика в обсуждаемой идее есть. Социальные сети и «ЖЖ» из «клубов по интересам» и «интимных дневников» быстро превратились в общественную площадку, влияние которой трудно переоценить. И заявления, сделанные популярными блогерами, подчас распространяются быстрее, чем слова президента. Да и вес их бывает позначительнее. Конечно, речь не идет о рецептах пирожных или модных диетах (хотя кто может посчитать пострадавших от непрофессиональных советов). Но в условиях политической борьбы, социального кризиса и всей той обостренной общественной ситуации, в которой мы находимся, написанное в блоге или «Фейсбуке» вполне можно рассматривать как публичное заявление.

Сейчас Рунет возмущен: «О, они посадят нас за фразу про «жуликов и воров». Но простите, гражданские активисты страдают от интернет-клеветы не меньше, а, может, даже больше чиновников и прокремлевских политиков. Давайте вспомним вываленную на всеобщее обозрение переписку Навального и Алексашенко, фото Немцова с его дамами, видео Рыжкова и тому подобное. И если в случае с прослушкой оппозиционеров, опубликованной на сайте LifeNews, есть к кому предъявить иск, то кто ответит за миллионное тиражирование клеветы на Удальцова о том, что он, дескать, берет деньги за митинги?

Курс на ужесточение наказания за клевету был взят в России в июле 2012 года, когда Владимир Путин подписал закон, переводящий клевету в разряд уголовно наказуемых деяний.

Клевета — понятие, конечно, довольно расплывчатое. Но даже при нашей зрячей Фемиде, всегда посматривающей в сторону Старой площади, невозможно, например, привлечь Навального за якобы клевету на Бастрыкина, если политик выкладывает сканы документов, подтверждающие сведения о наличии у Александра Ивановича недвижимости в Чехии. Да, на блогера заводят уголовное дело — Кремль все-таки наносит ответный удар, — но не за клевету же! Власти приходится выкручиваться, юлить, искать черную кошку там, где ее нет. Потому что даже наши дурные правоохранители понимают, что любой открытый процесс о клевете страшен своими публичными разоблачениями.

Так что правильно сформулированный закон о клевете в Интернете мог бы сыграть на руку и борцам с коррупцией, и соответственно, протестному движению.

С другой стороны, а нужно ли изобретать велосипед? Может, стоило бы пойти иным путем и приравнять социальные сети к СМИ? По крайней мере, в том, что касается клеветы.

Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что «Твиттер» и «Живой Журнал» выполняют функции новостных СМИ. На них ссылаются информагентства и электронные издания, политики подчас публикуют заявления сначала там, а потом уже озвучивают в официальной прессе. Так, может быть, и ответственность блогеры должны нести такую же, как журналисты?

Опять-таки речь не идет об отвлеченных размышлениях о смысле жизнит, обмене мнениями о кошках или эмоциями от прочтения любовных романов. Речь идет об информации, затрагивающей честь и достоинство. Вряд ли кто-то пойдет в суд только потому, что его назвали дураком, а решения — идиотскими. Но разве так уж плоха возможность потребовать сатисфакции у прячущегося под ником лжеца или совсем не скрывающего своего имени «блогера на окладе»?

Политически активные пользователи Интернета почему-то забывают, что Сеть — не только политика. Молодежь поголовно сидит «ВКонтакте», где каждый день разворачиваются душещипательные истории о выложенных из мести личных фотографиях, интимной переписке и тому подобных любовных и личных страстях. Трудно посчитать, сколько разбито жизней тем, что анонимные «доброжелатели» (особенно в провинции, где слухи разносятся моментально) писали в социальных сетях какие-то измышления. Спросите у психологов, насколько профессионально подростки манипулируют возможностями публичных недоказуемых слов.

Так что идея персональной ответственности за клевету в Интернете не столь уж дурна сама по себе. А каким будет ее воплощение, зависит не только от депутатов, следователей и судей — они, кстати, тоже Интернет почитывают и туда пописывают, — но и от общества в целом. Не превращайте свой «ЖЖ», «Твиттер» и «Фейсбук» в помойку, пишите о том, в чем вы совершенно уверены, как это всегда делает упомянутый выше Навальный, и проблем не будет.

Журналисты электронных СМИ сталкиваются с внешней и внутренней цензурой каждый день, и ничего — только тщательнее выбирают слова да проверяют факты. Последнее особенно важно — против фактов переть ой как трудно…

 

Сергей Жаворонков, политолог

На мой взгляд, объединить СМИ и соцсети, «ЖЖ», «Твиттер» под одной крышей, ввести в отношении последних какие-то правовые нормы, регламентирующие их работу как средств массовой информации, возможно. Если СМИ зарегистрированы в России, их могут сейчас оштрафовать, ввести какие-то ограничения в работу. Если же российскими они не являются, ни того, ни другого сделать нельзя. Именно под последние подпадает «Твиттер» или, к примеру, сайт CNN, Foxnews и так далее.

Вообще же в соцсетях и сейчас уже граждан за высказывания привлекают к уголовной ответственности по 282-й статье Уголовного кодекса РФ, такие прецеденты есть. Государству, однако, тяжело возбуждать подобные дела в массовом количестве, поэтому данный инструмент используется редко, выборочно против особенно неугодных.

Так что от принятия нового закона, который что-то отдельно запретит, мало что изменится. Администрации этих сервисов, расположенные за рубежом, не собираются подчиняться российским законам. Их, даже если соцсети в целом будут признаны СМИ, за критику нашей власти не привлечешь.

В отношении же самих пользователей, еще раз подчеркну, наказания существуют и сейчас. Это то же самое, что и восстановление статьи за клевету. Уже успешно применяется 282-я статься, настолько резиновая, что всех, кого надо, привлекали и так. Инициатива единороссов — очередное дублирование уже существующего наказания за такие действия.

 

Станислав Яковлев, блогер, публицист, политик

В Европе практически везде Интернет мониторится, цензурные ограничения, в том числе и среди пользователей Всемирной паутины, есть. Многим кажется: за границей, там больше свободы. Ничего подобного: на Западе больше порядка, комфортнее жить, но пространство свободы едва ли больше, чем в России.

Такая же картина и в Азии. Возьмем Сингапур, который часто приводится у нас в качестве примера здорового, преуспевающего авторитарного государства с высоким уровнем жизни населения. Живут там представители четырех разных наций, исповедующих четыре разные религии. И за малейшую попытку посеять какую-то национальную или религиозную вражду человека могут посадить чуть ли не на 25 лет. Такая железная, азиатская дисциплина.

Можно было бы представить, что и наши власти пытаются россиян воспитать, научить вести себя хорошо. Но хочется задать отечественным руководителям и инициаторам подобных нововведений один простой вопрос: а уверены ли они в своей компетенции? Может быть, власть для начала сама научится себя достойно вести? А то заходишь в «Твиттер», а там депутат от «Единой России» Бурматов такое говорит!

Если вы хотите, чтобы люди вели себя прилично, в первую очередь не подавайте им сами плохой пример. А потом уже принимайте законы.

У нас власть, будучи авторитарной по своему характеру, ставит рамки приличного поведения очень выборочно. По принципу: друзьям — все, врагам — закон. Руководствуется не столько нормами права, сколько своим отношением к тому или иному человеку, организации. Яркие примеры — суд над Pussy Riot и Таисией Осиповой. Первым вместо 15 суток дали два года, второй вместо запрошенных прокурором четырех лет судья назначил аж восемь! Имея перед глазами такие примеры, думать, что введение ограничений на высказывания своего мнения в Интернете со ссылкой на борьбу с экстремизмом или клеветой делаются для нашего же блага, наивно.

Полагаю, все будут писать так же, как писали, но если вдруг кто-то обратит на себя внимание властей, его сначала предупредят, а затем начнут давить уголовкой.

 

Материал подготовили: Мария Пономарева, Александр Газов

Комментарии
Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости