На главную

Доллар = 63,87

Евро = 68,69

7 декабря 2016

Общество

разместить: Twitter Facebook ВКонтакте В форуме В блоге
быстрый переход: Верх страницы Комментарии Главная страница
Личный кабинет автора
А Б В Шрифт

Военнослужащим внутренних войск окажут психологическую помощь

Комментирует Михаил Виноградов,

психиатр-криминалист, генеральный директор Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях

МВД узнает, что на душе у его сотрудников

Постэкстремальные состояния военных теперь будут лечить психологи и психиатры. МВД России подписало приказ, утверждающий перечень показаний к медико-психологической реабилитации военнослужащих внутренних войск.
МВД узнает, что на душе у его сотрудников 12 августа 2011
До сих пор психологические проблемы воевавшего человека оставались его личным делом. Хотя много говорилось и про афганский, и про чеченский «синдромы». Но вспоминали об этом, как правило, исключительно в связи с чрезвычайными происшествиями или громкими делами — такими, как, например дело Юрия Буданова. О реабилитации ликвидаторов стихийных бедствий или спасателей можно было услышать только в МЧС, где подобные программы давно уже носят системный характер. Однако о военнослужащих, участвующих в тушении тех же пожаров или разгребающих места катастроф, никто не заботился.

 

По оценкам специалистов, и кадровые военные, и омоновцы, и гражданские специалисты, принимавшее участие в чеченских кампаниях, в той или иной степени испытывают «чеченский синдром», или, по-научному, посттравматический стресс. Он выражается во вспышках немотивированной агрессии по самым пустяковым поводам, расстройстве сна, внезапных страхах, раздражительности. Еще 30 лет назад медики зафиксировали военный синдром у ветеранов афганской войны, с трудом адаптирующихся к мирной жизни. Многим из них казалось, что они никому не нужны, никто не понимает их переживаний. Как пишет газета «Труд», «многие ветераны-афганцы подались после демобилизации в милицию, но после того как многие из них стали в безобидных ситуациях сразу применять оружие на поражение, их запретили принимать на службу в органы внутренних дел». Добавим, почти все специалисты убеждены в том, что чеченские войны искалечили психику людей гораздо сильнее, чем афганская.

В США, где реабилитацией военнослужащих серьезно занимаются со времен войны во Вьетнаме, специалисты столкнулись с новыми проявлениями посттравматического синдрома у вернувшихся из Ирака и Афганистана солдат и офицеров. Военно-криминальная хроника бесстрастно констатирует, что преступления на военных базах увеличиваются, несмотря на усилия психиатров.

В России до сегодняшнего дня ни государство, ни армия не брали на себя ответственности за то, как чувствуют себя те, кто служил родине в том или ином качестве, после выполнения своего гражданского долга. Конечно, были отдельные боевые части, особенно на подводном флоте и авиации, где психологическая помощь оказывалась, но системы реабилитации не было.

Приказ МВД, в котором сказано, что «под особый психологический контроль попадают бойцы, более месяца выполнявшие задачи в условиях вооруженного конфликта или принимавшие участие в ликвидации последствий стихийных бедствий», в корне меняет отношение к человеку.

Не забыты летчики, выполнившие в ходе особых заданий полуторную норму годового налета. В статье, сопровождающей публикацию документа, говорится, что обязательно должен проверяться спецназ после выполнения боевой работы. А еще в списке — водолазы, моряки, просто часовые, пережившие ужас при авариях на охраняемых объектах (скажем, пожар на электростанции) и так далее.

Теперь военнослужащие будут проходить внеплановое медобследование не позднее трех суток после возвращения с опасных заданий. Кроме медосмотра они также будут проходить и психологическое обследование офицерами-психологами. Если в результате обследования специалисты обнаружат, что с человеком что-то не так, его направят в санаторий на специальный курс реабилитации. В зависимости от состояния бойца процедуры могут занять от двух недель до 30 суток.

До сих пор единственным средством для лечения нервов после экстремальных ситуаций была водка. Можно надеяться, что теперь и пить защитники Родины станут чуть меньше.

Что же касается врачей, то профессию психиатра можно получить в каждом областном медицинском институте, а психолога — в любом педагогическом вузе. Да, качество российской низовой, практической психиатрии (не научной) оставляет желать лучшего. Но в любом случае начинать с чего-то нужно. Да и количество безработных психологов на сегодняшний день в стране огромное — рано или поздно количество перейдет в качество, и мы получим наконец специалистов в области реабилитации военных.

Комментирует Михаил Виноградов, психиатр-криминалист, генеральный директор Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях

Психологическая помощь людям, пережившим какие-то экстремальные ситуации — авиакатастрофу, кораблекрушение, вооруженный конфликт, — безусловно, нужна. В МВД она при необходимости должна оказываться всем сотрудникам. Служат они в тяжелых, напряженных условиях, приходится постоянно сталкиваться с негативом. Так что охват должен быть широким и только внутренними войсками и людьми, прошедшими горячие точки, не ограничиваться.

То, что планируется делать в МВД, очень близко по задачам работе, проводимой в Министерстве по чрезвычайным ситуациям.

У психологов, которым предстоит иметь дело с личным составом, пережившим экстремальные ситуации, должна быть специальная подготовка. Обычного выпускника университета здесь будет мало. Специалисту нужно учитывать специфику службы, реакцию людей на экстремальные условия именно сотрудников данного ведомства.

Психологов с такими знаниями сегодня нет, их нужно готовить, привлекая для этого в качестве помощников работников соответствующего профиля из МЧС, имеющих большой опыт в этой области.

В Советском Союзе служба психологической помощи в МВД была. Я был ее создателем и руководителем. За образец мы взяли аналогичную службу в США. Она подходила нам по многим параметрам, в том числе и по масштабам. Но во времена Михаила Горбачева структура эта была разрушена.

Необходимо ее воссоздавать. Исходя из опыта советского времени, на это может понадобиться два года. Именно столько времени мы потратили в прошлый раз, чтобы сделать ее, что называется, «под ключ». Вложения достаточно большие, но они действительно окупаются.

 

Материал подготовили: Мария Пономарева, Сергей Шурлов, Александр Газов

Комментарии
Комментариев нет.
Для добавления комментария необходимо войти на сайт под своим логином и паролем.

Особые темы

Как отношение человека к детям-аутистам влияет на его восприятие ситуации в Крыму

Дуня СМИРНОВА,
сценарист, кинорежиссер, учредитель фонда «Выход»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
«У нас с толерантностью очень плохо. Тотально»
8 июля 2014

Интервью с кандидатом в члены Общественной палаты РФ нового созыва

Елена ЛУКЬЯНОВА,
доктор юридических наук, директор Института мониторинга эффективности правоприменения
«Общественная палата — это место для пассионариев»
«Общественная палата — это место для пассионариев»
13 мая 2014

Знаменитая «Санта-Мария» обнаружена спустя 522 года после своей гибели

«Особая буква»
Обломки легенды
Обломки легенды
13 мая 2014

Если не Асад, то кто?

Виталий КОРЖ,
обозреватель «Особой буквы»
Горе-выборы побежденным
Горе-выборы побежденным
8 мая 2014

Государство берет под контроль Рунет: серверы планируют перенести в РФ, контент — фильтровать

«Особая буква»
Власть расставляет сети для Сети
Власть расставляет сети для Сети
29 апреля 2014

Новости